Две вороны: сказка Виталия Валентиновича Бианки читать онлайн

Две вороны

Информация для родителей: Две вороны – короткая и поучительная сказка русского писателя Виталия Валентиновича Бианки. Это история-притча о том, как старая опытная ворона испугалась эха. Добрая сказка «Две вороны» без сомнения, вызовет интерес у детей от 4 до 7 лет.

Картинка к сказке Две вороны

Читать сказку Две вороны

Молодая ворона

Молодая ворона ходила по берегу реки, разыскивала себе среди камешков пропитание.
Ничего хорошего ей не попадалось – одни дохлые, высохшие рачки да рыбки.

Вдруг видит: на песке у самой воды лежит крупная двустворчатая раковина-беззубка. В этих раковинах превосходные, на вороний вкус, слизняки, вроде знаменитых у людей устриц: такие слизкие, прохладные, аппетитненькие… Одна беда: укупорка – первый сорт. Раковина толстая, гладкая, крепкая. Створки её плотно сомкнуты – что на замке.
Как из такой посудинки слизняка добыть?

Пробовала ворона и так и эдак: то на один бок повернёт, то на другой, то на ребро раковину поставит – да тюк её носом, тюк носом! А нет, ничего не выходит, не поддаётся раковина: скользит острый крючковатый вороний нос по гладким створкам.

Тюк – и в песок носом.

Тюк – и в песок.

Наглоталась ворона песку и раковину бросила. Сидит – хохлится. Не знает, что дальше делать.

Прилетел на берег кулик-сорока, рядом с вороной сел. Сейчас же себе беззубку разыскал – точь-в-точь как у вороны.

Пальцами её прижал к песку, кончик носа просунул в маленькую щёлочку в уголке между створок – да как нажмёт! А нос у кулика-сороки длинный и на конце с двух сторон заточен – вроде отвёртки. Ну конечно, раковина так пополам и раскрылась.

Молодой вороне обидно. Подскочила к кулику–сороке, хотела слизняка у него из–под носа выхватить.

А кулик – глыть! – и сглотнул слизняка.

Ворона: «Кра! Кра! – кричит. – Кража! Так всякий раскупорит, раз отвёртка! Вороний нос порочит!»– Раскаркалась! – гаркнула старая ворона, подлетая на шум. – Сама вороний нос порочишь, дурашка. Всякая птица своим носом сыта. – Сама хвать раковину у молодой вороны из-под носа.

Крючковатым своим носом крепко, как клещами, зажала беззубку – не выскользнешь! Взвилась с ней в воздух да оттуда, с высоты-то, швырк её на камни! Раковина вдребезги, а слизняк вот он!
Молодая ворона только рот разинула. А старая уж тут, на камнях. Глыть слизняка! И говорит:

– Кто дальше своего носа не видит, тот с носом и останется. Благодарим за угощенье! – И улетела.

Старая ворона

Рассказал про молодую, надо и про старую ворону рассказать. Только уж тут надо немножко вороний язык знать, – хоть три вороньих слова. Вот они, запомни.

Просто: «Карр!» значит: «Здравствуй, товарка!» – обычное у ворон приветствие.

Два раза: «Карр! Карр!» значит: «Грабь! Гррабь!» – или: «Харч! Харрч!» – то есть еда, вкусное что-нибудь на вороний вкус. Вороны ведь грабежом живут.

Три раза: «Карр! Карр! Карр!» – отчаянным голосом: «Кар-раул! Удир-рай! Враг!».

Вот проверь: стоит только одной так закричать – разом все вороны, сколько их есть кругом, подхватят: «Карр! Карр! Карр!» – «Враг! Враг! Враг!» – на крыло да врассыпную, кто куда!

Потому как это воронья тревога, тут времени терять нельзя: опасно для жизни.

Запомнил вороньи слова? Теперь слушай.

Жила-была в деревне старая, бывалая ворона. Среди других ворон самой умной слыла. Она воронью молодёжь учить очень любила: где как летать, да что как клевать, да как понимать.
Жива эта ворона и сейчас. Только уж больше такой особенно умной даже среди ворон не слывёт.

Нет уж, давно не слывёт.

А случилось это вот как, вот почему.

Захотелось раз старой вороне свежих беззубок на завтрак. Вспомнила, как в прошлом году вкуснейшую беззубку у молодой вороны из-под носа утащила. Эх и аппетитный был слизнячок – прямо устрица!

Полетела старая ворона на ту реку, где беззубки водились. А туда от той деревни, где ворона жила, неблизкий путь: с солнышком вылетела – едва к полудню прилетела.

Прилетела на ту реку и видит: совсем будто и не та река! Была тут деревушка Малые Избушки, а стали дома каменные с длинными стенами, с широкими окнами. Один дом на одном берегу, другой – на другом. Посередине – поперёк реки – третий, а перед ним – запруда.
Подивилась ворона, как это люди столь живо на месте деревушки эдакие каменные палаты воздвигли.

Да тут глядит: на берегу запруды крупнейшую беззубку волной выплеснуло. А сзади – слышит: свист крыльев. В самый полдень-то тишина была – в ушах звенит: люди все на работе, и ветерок спит. Оглянулась, а сзади к ней молодая ворона подлетает – та самая, прошлогодняя. Тут уж старой вороне не до дивованья: стрелой вниз, на берег – и наступила на беззубку лапой – моё!

Молодая ворона подлетела, старая ей и крикни:

– Карр! Здравствуй!

А со всех сторон как грянет:

– Карр! Карр! Карр! Враг! Враг! Враг! Карраул! Удиррай!

Такой тарарам поднялся, что старая ворона с перепугу присела,
головой завертела, глазами захлопала: кто кричит? где кричат? откуда летят? какой такой враг, враг, враг?!

И хоть никаких ворон и никаких врагов не видать было кругом, старую ворону с перепугу как подхватит, как понесёт – только свист пошёл от крыльев! В жизни с ней ещё не случалось, чтобы, не увидав врага, такого труса спраздновать, такого дать стрекача!

А молодая ворона увидала забытую старой беззубку да с радости как крикнет: «Карр! Карр! Харрч! Харрч!» – и ничуть не испугалась, когда крик её отскочил, как мячик, от одной каменной стены: «Карр! карр!» – от другой: «Карр! карр!» – и от дома поперёк реки: «Карр! карр!» Потому что она уже привыкла, что всякий звук здесь отдаётся от каменных стен новостроек, понимала, что это эхо.

А старая ворона как перетрусила собственного голоса чуть не до смерти, как умчалась сломя голову, так больше туда ни крылом! И о вкусных беззубках забыла.

А всё почему?

Потому что ворона старая, а дома-то – новые.