Морской чертёнок: сказка Виталия Валентиновича Бианки читать онлайн

Морской чертёнок

Информация для родителей: Морской чертёнок — сказка, состоящая, из трёх историй рассказывает о десятилетнем мальчике, который поехал на рыбалку в очень опасное место один-одинёшенек. Что же он поймал? Сказка «Морской чертёнок» написана Виталием Бианки. Её можно читать перед сном детям от 8 до 12 лет. Приятного чтения.

Картинка к сказке Морской чертёнок

Читать сказку Морской чертёнок

1. В БОРЬБЕ СО СТИХИЯМИ

Сам теперь не пойму, как я отважился на эту отчаянную поездку. Один! Море было грозно, вдали по нему ходили злые барашки. Едва только я отшвартовался, снял конец с прикола, — волны кинули лодку и, ударив её бортом о пристань, погнали к берегу. С большим трудом я успел поставить в уключины вёсла и направить лодку носом в море. И тут началась борьба.
Две стихии — море и ветер, — казалось, сговорились, чтобы не дать мне достигнуть цели и погубить меня. Я изо всех сил наваливался на вёсла, волны рвали их у меня из рук, а ветер, накидываясь то с одной, то, с другой стороны, старался повернуть лодку назад к берегу и, поставив бортом к волне, опрокинуть её. Очень скоро мои ладони покрылись мозолями. Но я почти не чувствовал боли: все моё внимание было поглощено тем, чтобы держать правильный курс. Как я жалел теперь, что не подговорил с собой кого-нибудь из товарищей! Будь у меня рулевой, он мог бы, сидя на корме, держать руль по курсу, и мне оставалось бы только справляться с вёслами. А одному приходилось каждую минуту оборачиваться то через одно, то через другое плечо — смотреть, прямо ли к цели идёт моя лодка. Целью моего плавания были запретные Пять Братьев. Так назывались пять скал, пять камней, дружной грудой возвышавшиеся над волнами невдалеке от берега.

Я сказал: «невдалеке»; правда, преодолеть это расстояние при тихой погоде было бы нетрудно. Но сейчас оно казалось огромным. Несмотря на ветер, пот лил с меня градом. И вдруг я почувствовал облегчение: лодка подошла под прикрытие Пяти Братьев, и тут — в заветерках — сразу перестало рвать её из стороны в сторону. Однако пристать к скалам с береговой стороны не было никакой возможности. Надо обогнуть их с запада, войти в проход между двумя старшими Братьями — самыми большими из камней. Это я знал, потому что мне уже дважды пришлось побывать на Пяти Братьях. Я знал, что ворота — очень опасное место: прибой там бушует с удесятерённой силой и может в щепки разбить лодку, бросив её на камни. Придержав лодку на месте, я немного отдохнул: надо было набраться сил для последнего, самого рискованного перехода. Я оглядел берег. На нём никого не было. Да и кто будет выходить в море так рано и в такой ветер?

Наконец я собрался с духом и направил лодку в каменные ворота. Сильное течение разом загородило мне путь. Мне показалось даже, что лодку тащит назад. Оборачиваться уже не было времени, но, скосив глаза, я по камню увидел, что потихоньку ползу вперёд. Это придало мне силы. Я налёг на вёсла — и как-то совсем неожиданно легко очутился по другую сторону каменных ворот. Резко повернув лодку, я без приключений ввёл её в узкую гавань между двумя Братьями — одним из старших и младшим. Тут было тихо. Я кинул вёсла на дно лодки, перешёл на нос, взял кошку — четырёхлапый якорь — и забросил её на старшего Брата. Подёргал, — зацепилась крепко. Опасный переход кончен. Теперь можно собраться с мыслями и приниматься за дело.

2. ИЗ ТЁМНОЙ ПУЧИНЫ

Отдохнув, я разложил в лодке все свои запасы и нацепил на крючок целый клубок червей. Мелкая добыча, что берёт на одного червя, меня не интересовала: не за тем я ехал сюда, рискуя жизнью. Я забросил удочку. Поплавок из сухой камышины вынырнул и лёг спокойно. Тогда все исчезло: берег, небо, лодка; осталась только эта камышинка да кусочек моря, на котором она покоилась. Я смотрел на неё, не отрывая глаз.

Смотрел и думал о том, что сегодня ожидает меня необыкновенная добыча. Ведь не на простую ловлю я выехал, не с берега, в мелкую воду, закинул удочку. Я — в море, на скалах. Кто знает, какая тут глубина? И что таит в себе пучина, какие живут в ней огромные, невиданные рыбы? Может быть, сегодня ждёт меня счастье, и я вытащу какую-нибудь рыбину, у которой даже названия нет, потому что никто ещё не ловил таких. Может быть, тут, под скалами, стоит сейчас целая стая таких рыб, и как начнут они клевать одна за другой — только поспевай вытаскивать! Я полную лодку набью добычей.

Поплавок по-прежнему спокойно лежал на воде. Следуя мысленно за лесой, ушедшей в тёмную воду, я думал о том, какой невообразимой глубины бывают моря и океаны. Целые километры воды под тобой. Неизведанная глубина! И мне представился крошечный-крошечный, человек на скорлупке-лодочке. Под ним бездна — пучина морская. И над ним бездна — воздушный океан, межзвёздные неизмеримые пространства…

Оторвав на минутку глаза от поплавка, я взглянул вверх и между разорванными ветром тучами увидел бездонное синее небо. «Ведь будет такое время, — подумалось мне,— когда человек научится спускаться вглубь океанов, до самого дна, и подниматься ввысь — до луны, до планет, может быть — до самых далёких звёзд».

Я опять перевёл глаза на поплавок и не мог дать себе ясного отчёта: действительно он дрогнул, или это мне только показалось? Мгновенно исчезли бездны — вверху и внизу, — глаза мои впились в поплавок. Он спокойно лежал на воде. Я выждал несколько минут. Потом повёл его удочкой, подальше от скалы: может быть, там клюнет? Вдруг поплавок встал — и вмиг исчез под водой. Какая-то неведомая сила увлекала его в тёмную бездну, натянула лесу, согнула конец моего удилища. Но другой конец я крепко держал в руках. Вскочив на ноги, я порывистым движением дёрнул удочку. Руки мои почувствовали сопротивление: кто-то там, в глубине, упирался. Я потянул сильнее. Руки у меня дрожали. Тот — внизу — немножко поддался. Я тянул и тянул. Из воды показалась камышинка-поплавок.

Поплавок, стоймя, стал подвигаться ко мне. Но вдруг тот, под водой, стал — и ни с места. Я рванул. Он поддался, но сейчас же утянул лесу назад. Я рванул изо всей силы. На конце лесы вылетела из моря рыба, не рыба — настоящее чудовище: все в колючках; голая голова с разинутой зубастой пастью, за ней растопыренные когтистые крылья; спины нет, а сразу хвост, тоже весь в шипах. Блеснув на солнце тёмными пятнами, чудовище вместе с лесой опустилось на дно лодки. Я с торжеством посмотрел на берег: моя взяла!

И хорошо сделал, что посмотрел: оттуда, с берега, грозила мне такая опасность, что я разом забыл даже о своей необычайной добыче.

На берегу стеной стоял сосновый лес. В полукилометре справа он кончался. За ним виднелась дача. От дачи к лесу шёл человек в костюме из желтовато-коричневой шерсти, с ружьём за плечами. Сейчас он войдёт в лес. Оттуда ему не будет видно меня. Но если он выйдет из лесу против Пяти Братьев раньше, чем я окажусь на берегу, он сразу заметит меня в море. Тогда я пропал.

Каждая минута была дорога, не обращая внимания на чудовище, отчаянно бившееся на дне лодки, я прыгнул с борта на камень, отцепил кошку, махнул с ней назад в лодку и сел за вёсла. Грести к берегу было легко: ветер дул в спину, волны сами несли меня к цели. В несколько минут я достиг пристани и поставил лодку на прикол. Схватив удочку, не успев даже отцепить болтающуюся на конце её добычу, я бегом по мосткам кинулся к берегу.

3. МЕЧТЫ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

Только я соскочил с мостков на песок, из лесу вышел человек с ружьём. Это был мой отец. Мой отец был строгий человек. Узнай он, что я ездил на Пять Братьев, да ещё в такой ветер, — не бывать бы мне больше в лодке до следующего года. Ведь мне было всего десять лет, и отец строго запретил мне одному, без взрослых, брать лодку. Но я был на берегу. Отец, наверно, подумает, что я удил с мостков. В этот день мне везло. Солгать отцу я не мог бы. Но, действуя по вдохновению, я избежал прямого вопроса и, можно сказать, выскочил сухим из воды.

— Папа! — закричал я вместо приветствия. — Я поймал морского черта!

— Ну, что за пустяки! — отозвался отец, с любопытством, однако, взглянув на мою добычу, все ещё бившуюся на конце удочки. Он был большой знаток природы и с великой страстью изучал её.

— А любопытно, — прибавил он, перехватив у меня лесу. — Это бычок-подкаменщик.

Удивительная мелководная рыбка. Прячется под камнями, а проплывёт кто-нибудь мимо — рыбка ли, водяная мокрица, жучья личинка, — стрелой вылетит — и в пасть. Обжора страшный!
Я слушал и ликовал: гроза миновала, отец не видел меня на Пяти Братьях! Когда-нибудь, когда я буду большой, я сознаюсь ему в своём проступке. А пока — я герой. И что же такого, что это не морской черт, а всего чертёнок, бычок какой-то, рыбка, умещающаяся на моей ладони? Сам отец говорит, что это удивительная рыба. И что же такого, что Пять Братьев совсем не скалы, а просто пять камней в каких-нибудь ста метрах от берега и что там не пучина морская, а совсем мелко? Ведь я-то вправду рисковал жизнью, поехав туда в лодке один, в такой ветер. И я вправду поймал там замечательное маленькое чудовище — все из колючих крыльев-плавников да из хвоста с шипами. Отец пойдёт сейчас дальше — он вышел на охоту, — а я побегу домой и буду хвастать своей необычайной добычей матери и всем своим товарищам. И все будут ахать и удивляться. А кой-кому и товарищей я даже шепну на ушко, как я этого морского черта добыл с риском для жизни.

И все равно, над морем — бездонное небо, а под ним — бездонные моря и океаны, и весь огромный мир кругом меня, надо мной и подо мной полон неизведанных тайн. И я их буду открывать всю жизнь, потому что это самое интересное, самое увлекательное занятие в мире!